Вашингтон / Копенгаген, 18 января 2026 года — Президент США Дональд Трамп объявил об эскалации давления на Данию и ряд европейских стран, связав введение новых тарифов с требованием «полного и тотального» приобретения Гренландии Соединенными Штатами. В посте на платформе Truth Social от 17 января Трамп заявил, что с 1 февраля на импорт товаров из восьми стран НАТО — Дании, Норвегии, Швеции, Финляндии, Франции, Германии, Нидерландов и Великобритании — будет введен дополнительный тариф в 10%. С 1 июня ставка вырастет до 25% и сохранится до тех пор, пока не будет достигнуто соглашение о покупке Гренландии.

«Эти страны играют в очень опасную игру, создавая неприемлемый уровень риска для безопасности и выживания нашей планеты», — написал Трамп, ссылаясь на недавнее прибытие военных контингентов из этих государств в Гренландию по просьбе Дании. Президент обосновал свою позицию стратегической важностью арктического острова для национальной безопасности США, включая защиту от влияния Китая и России, а также доступ к огромным запасам редкоземельных металлов и критических минералов.

Это заявление стало кульминацией многомесячной кампании Трампа по приобретению Гренландии, которая усилилась после январского рейда США в Венесуэлу и захвата бывшего президента Николаса Мадуро. Трамп неоднократно заявлял: «Нам нужна Гренландия абсолютно. Мы нуждаемся в ней для обороны», — и не исключал применение силы. В интервью The Atlantic он связал Гренландию с Венесуэлой, вызвав тревогу в Копенгагене и Нууке.

Дания и Гренландия категорически отвергли идею продажи. Премьер-министр Дании Метте Фредериксен неоднократно призывала Трампа «прекратить угрозы» и подчеркнула, что Гренландия — не товар. «США не имеют права аннексировать какую-либо часть Королевства Дания», — заявила она, предупредив, что военная акция против Гренландии приведет к «концу НАТО». Премьер Гренландии Йенс-Фредерик Нильсен назвал заявления Трампа «неуважительными» и «фантазиями об аннексии», подчеркнув право гренландцев на самоопределение.

17 января в Копенгагене и Нууке прошли массовые акции протеста под лозунгами «Hands Off Greenland» («Руки прочь от Гренландии») и «Гренландия для гренландцев». Тысячи людей вышли на улицы с флагами Гренландии и Дании, скандируя против американского давления. Организаторы акций заявили, что «мир должен проснуться» перед лицом угроз суверенитету союзника по НАТО.

Европейские лидеры осудили ультиматум Трампа. Премьер-министр Великобритании Кир Стармер назвал тарифы «полностью неправильными» и пообещал поднять вопрос напрямую с Вашингтоном. Председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и председатель Европейского совета Антониу Кошта выразили «полную солидарность» с Данией и Гренландией. ЕС созвал экстренное заседание послов 27 стран-членов для обсуждения кризиса. В Германии даже заговорили о возможном бойкоте чемпионата мира по футболу 2026 года в США как «крайней мере».

Внутри США позиция Трампа вызывает раскол. Бипартийная делегация Конгресса (включая сенаторов Лизу Мурковски, Тома Тиллиса и Криса Кунса) посетила Копенгаген 16–17 января, чтобы заверить датчан в поддержке и подчеркнуть, что большинство американцев против аннексии. Опрос Reuters/Ipsos показал: лишь 17% одобряют усилия Трампа по приобретению Гренландии, а крупные большинства против использования силы.

Эксперты отмечают, что тарифы могут быть введены по International Emergency Economic Powers Act — инструменту, который Трамп уже применял для давления на другие страны. Однако аналитики предупреждают: такой шаг подорвет трансатлантическое единство, ослабит НАТО и создаст прецедент для изменения границ силой или экономическим шантажом.

Пока Дания усиливает военное присутствие в Гренландии при поддержке союзников, а Трамп назначает специального посланника (губернатора Луизианы Джеффа Лэнди) и обсуждает прямые выплаты гренландцам для убеждения в сецессии, кризис продолжает нарастать. Переговоры в Вашингтоне 14–15 января не привели к прорыву: стороны противоречат друг другу в интерпретации итогов. Белый дом настаивает на «технических переговорах по приобретению», Дания — на диалоге по безопасности без нарушения суверенитета.

Ультиматум Трампа ставит под вопрос будущее альянса НАТО в Арктике и может стать самым серьезным испытанием трансатлантических отношений со времен холодной войны. Дальнейшие шаги Вашингтона ожидаются в ближайшие недели, пока тарифы не вступят в силу.

На момент 17 января 2026 года Соединенные Штаты выразили резкую критику в адрес торгового соглашения между Канадой и Китаем, заключенного 16 января во время визита премьер-министра Марка Карни в Пекин. Соглашение предусматривает снижение канадских тарифов на импорт китайских электромобилей (EV) с 100% до 6,1% при квоте в 49 000 единиц в год, в обмен на снижение китайских тарифов на канадскую сельхозпродукцию, включая канолу. Американские чиновники назвали этот шаг «проблематичным» и предупредили, что Оттава может пожалеть о нем, поскольку это открывает дверь для китайского влияния в Северной Америке. Однако конкретные ответные меры пока не объявлены, и реакция администрации Дональда Трампа смешанная: сам президент выразил поддержку сделке, в то время как его подчиненные и Конгресс настроены критически.

Официальные заявления администрации США

Министр транспорта США Шон Даффи, выступая на заводе Ford в Огайо, заявил: «Я думаю, они оглянутся на это решение и наверняка пожалеют о том, что пустили китайские автомобили на свой рынок». Аналогично, торговый представитель США Джеймисон Грир в интервью CNBC охарактеризовал решение как «проблематичное» и отметил: «Есть причина, почему в США не продается много китайских автомобилей. У нас есть тарифы, чтобы защитить американских автопроизводителей и американцев от этих транспортных средств». Грир подчеркнул, что китайские EV не попадут в США благодаря строгим регуляциям, включая правила кибербезопасности, введенные в 2025 году. Он также предположил, что в долгосрочной перспективе Канада «не будет рада этой сделке».

В отличие от подчиненных, президент Трамп отреагировал позитивно. На пресс-конференции в Белом доме он сказал: «Это то, что он должен делать. Хорошо, что он подписал торговую сделку. Если вы можете заключить сделку с Китаем, вы должны это сделать». Ранее Трамп выражал готовность к китайским инвестициям в США, если они включают строительство заводов на американской территории. Это контрастирует с общей протекционистской линией его администрации, которая ввела тарифы на канадские товары, включая металлы и автомобили.

Конгресс также отреагировал негативно. Специальный комитет по Китаю в Палате представителей США опубликовал заявление, где предупредил, что решение Канады «рискует дать Пекину плацдарм на североамериканском автомобильном рынке, угрожая тысячам рабочих мест и подрывая вековое лидерство в интегрированной автомобильной промышленности». Комитет призвал Канаду пересмотреть позицию и сотрудничать с США и Мексикой для укрепления, а не ослабления, североамериканской промышленности. Аналитик Майкл Ковриг из International Crisis Group отметил, что Конгресс «принимает негативный взгляд» на соглашение, и задался вопросом, как Карни планирует управлять ситуацией.

Возможные ответные меры

Пока США не ввели немедленных санкций или тарифов в ответ на соглашение, но эксперты прогнозируют эскалацию. Уильям Райнш, бывший торговый чиновник США из Центра стратегических и международных исследований, заявил: «Трамп не будет доволен действиями Канады, вероятно, примет какие-то ответные меры, вероятно, против канадской автопромышленности, и обязательно сделает это вопросом в переговорах по USMCA». USMCA (Соглашение США-Мексика-Канада) подлежит пересмотру в 2026 году, и Вашингтон уже давит на соседей, чтобы они усилили барьеры против китайских товаров.

Потенциальные меры включают:

• Тарифы на канадские автомобили и запчасти: Учитывая интеграцию североамериканского автопрома, США могут ввести дополнительные пошлины, чтобы предотвратить «просачивание» китайских EV через Канаду.
• Давление в переговорах по USMCA: Трамп может использовать соглашение как рычаг, требуя от Канады ужесточения политики по отношению к Китаю, или угрожая выходом из пакта.
• Ограничения на импорт: США уже имеют строгие правила по кибербезопасности для подключенных автомобилей, что делает импорт китайских EV практически невозможным.

Аналитики отмечают, что сделка Канады с Китаем отражает попытку диверсифицировать торговлю на фоне угроз Трампа ввести 25% тарифы на канадские товары и даже спекуляций об «аннексии» Канады. Однако это может ослабить единый фронт Запада против Китая и привести к фрагментации глобальной торговли. Дальнейшие developments ожидаются в ближайшие недели, особенно в контексте переговоров по USMCA. Пока что реакция США остается на уровне риторики, но потенциал для эскалации высок.

В январе 2026 года отношения между Китаем и Канадой пережили значительный поворот. Премьер-министр Канады Марк Карни совершил официальный визит в Пекин, где встретился с президентом КНР Си Цзиньпином. Итогом переговоров стало заключение предварительного соглашения о торгово-экономическом сотрудничестве, которое включает снижение тарифов, расширение инвестиций и укрепление связей в ключевых секторах. Это событие не только сигнализирует о разморозке двусторонних отношений, напряженных в последние годы, но и отражает более широкие геополитические сдвиги. В контексте угроз тарифных войн со стороны США под руководством Дональда Трампа, Канада ищет диверсификацию торговых партнеров, а Китай — новые рынки для своего экспорта. Давайте разберем, о чем именно договорились две страны, и проанализируем возможные последствия.

Исторический контекст и предпосылки соглашения

Отношения между Китаем и Канадой имеют долгую историю. В 1970 году Канада одной из первых западных стран установила дипломатические связи с КНР, что открыло путь для экономического сотрудничества. Однако в 2010-е годы напряженность возросла: арест исполнительного директора Huawei Мэн Ваньчжоу в Ванкувере по запросу США в 2018 году привел к ответным мерам Пекина, включая задержание двух канадцев — Майкла Коврига и Майкла Спавора. Это привело к заморозке высокоуровневых контактов и введению взаимных тарифов. К 2021 году кризис разрешился, но доверие было подорвано.

К 2026 году ситуация изменилась. После избрания Марка Карни премьер-министром в 2025 году Оттава начала курс на «прагматичный» подход к Китаю. Карни, бывший глава Банка Англии и сторонник глобализации, подчеркнул необходимость адаптации к «новым глобальным реалиям». Визит в Пекин стал первым для канадского премьера с 2017 года. Фоном послужили угрозы Трампа аннексировать Канаду или ввести жесткие тарифы, что побудило Оттаву искать альтернативы. Как отметил Карни, «эпоха свободной торговли и инвестиций закончилась», и Канада должна диверсифицировать экспорт, чтобы снизить зависимость от США (около 75% канадского экспорта идет в Штаты).

Китай, в свою очередь, сталкивается с замедлением экономики и торговыми барьерами от Запада. Пекин заинтересован в стабильных партнерах, особенно в ресурсных странах вроде Канады, богатой нефтью, газом и сельскохозяйственной продукцией. Си Цзиньпин назвал встречу «поворотным моментом», подчеркнув, что здоровые отношения способствуют глобальному процветанию.

Ключевые пункты соглашения

Соглашение охватывает несколько сфер и включает ряд меморандумов о взаимопонимании (МОВ). Вот основные аспекты:

1. Торговля и тарифы на электромобили (EVs): Канада снижает тариф на импорт китайских электромобилей с 100% до 6,1%. Взамен вводится квота: в первый год — 49 000 единиц, с ростом до 70 000 через пять лет. Это позволит китайским компаниям вроде BYD и NIO войти на канадский рынок, где спрос на EVs растет. В ответ Китай снижает тарифы на канадский канола (рапс) с 84% до 15% к марту 2026 года, а также на морепродукты (лобстеры, крабы) и горох. Канола — ключевой экспорт Канады (около 40% мирового производства), и тарифы Пекина с 2019 года стоили фермерам миллиарды.
2. Энергетика и чистые технологии: Стороны подписали МОВ о сотрудничестве в чистой энергии и ископаемых топливах. Канада может увеличить экспорт нефти (до 500 000 баррелей в день) и сжиженного газа в Китай. Взамен Оттава получит доступ к китайским технологиям в области возобновляемой энергии и биомануфактуры. Возобновлены министерские диалоги по энергии, замороженные почти десять лет. Это соответствует цели Карни удвоить неамериканский экспорт.
3. Сельское хозяйство и пищевая безопасность: Обновлен МОВ между Канадским агентством инспекции продуктов и Таможенной администрацией КНР. Это касается безопасности продуктов, здоровья животных и растений, включая зональные договоренности для облегчения экспорта. Китай продлевает сниженные тарифы на канадские продукты до конца 2026 года, что дает certainty фермерам.
4. Другие сектора:
   • Древесина и строительство: МОВ между Министерством природных ресурсов Канады, провинцией Британская Колумбия и Министерством жилищного строительства КНР для продвижения современных деревянных конструкций. Это стимулирует экспорт канадского леса и совместные исследования.
   • Авиация и туризм: Соглашение о увеличении прямых рейсов в рамках существующего договора. Канадцы получат безвизовый доступ в Китай для краткосрочных поездок.
   • Инвестиции и финансы: Канада приветствует китайские инвестиции в ключевые отрасли, включая обмены по финансовым вопросам. Стороны поддерживают ВТО и многосторонние институты.

Соглашение также включает культурные и правоохранительные аспекты, такие как борьба с преступностью. Общий объем двусторонней торговли в 2024 году составил 130,9 млрд долларов, и новые меры могут увеличить его на 20-30% в ближайшие годы.

Анализ: Преимущества, риски и геополитические последствия

Это соглашение — прагматичный шаг для обеих сторон. Для Канады оно решает «торговые раздражители», такие как тарифы на канола, которые стоили аграрному сектору миллиарды. Доступ к китайским EVs поможет достичь климатических целей (Канада стремится к 100% продаж EVs к 2035 году), снижая цены для потребителей. Диверсификация экспорта снижает уязвимость от США: Трамп угрожал 25% тарифами на канадские товары, включая автомобили. Как отметил бывший министр иностранных дел Джон Мэнли, это «первый шаг к диверсификации». Китайские инвестиции могут создать рабочие места в энергетике и технологиях.

Для Китая сделка открывает рынок для EVs, где Пекин доминирует (около 60% мирового производства). Это обход барьеров ЕС и США, где тарифы на китайские EVs достигают 100%. Пекин получает стабильные поставки ресурсов, критически важных для «зеленого» перехода и продовольственной безопасности.

Однако риски очевидны. Критики в Канаде, включая консерваторов, обвиняют Карни в «продаже» страны Китаю, ссылаясь на нарушения прав человека в Синьцзяне и Гонконге. Соглашение не решает вопросы интеллектуальной собственности или принудительного труда. Экономически Китай может «затопить» рынок дешевыми EVs, подрывая местную автопромышленность (Канада производит мало EVs). Трамп поддержал сделку, но предупредил о последствиях для Северной Америки. Геополитически это ослабляет «антикитайский» фронт Запада: Канада отходит от позиции США, что может повлиять на Five Eyes и НАТО.

Глобально соглашение отражает фрагментацию мировой торговли. Трамп разрушает «правила-based order», толкая союзников к Китаю. Для России и Индии это сигнал: Канада планирует визит в Индию для возобновления переговоров о партнерстве. Это может усилить многосторонние форумы вроде APEC, где Китай主持ит в 2026 году.

Заключение

Соглашение между Китаем и Канадой — не просто торговый пакт, а стратегический сдвиг в ответ на хаос «трампизма». Оно обещает экономические выгоды: рост торговли, новые рабочие места, доступ к технологиям. Но требует осторожности: баланса между прагматизмом и принципами. В эпоху, когда «старый порядок» рушится, такие партнерства определяют будущее. Канада показывает, что малые державы могут маневрировать между гигантами, но цена — потенциальная потеря автономии. Дальнейшие переговоры покажут, станет ли это устойчивым прорывом или временной оттепелью.